На главную | Каталог статей | Карта сайта

Буржуазные революции в Европе в 18 веке

 

План

Введение

I Буржуазная революция в Испании 1820-1823 годов

а) предпосылки революции

б) начало революции

в) буржуазные преобразования 1820-1821 годов

г) приход к власти "эксальтадос"

д) контрреволюционная интервенция и реставрация абсолютизма

II Буржуазная революция в Португалии 1820-1823 годов

а) предпосылки революции

б) буржуазная революция 1820-1823 годов

III Революция в Италии 1820-1821 годов

а) реставрация в Италии

б) революционное движение в 1815-1820 годов

в) буржуазные революции 1820-1821 годов

IV Греческая национально-освободительная революция 1821-1829 годов

а) возникновение национально-освободительного движения

б) начало революции

в) турецко-египетское нашествие

г) греческий вопрос на международной арене

д) итоги и значение революции

Заключение

 

Введение

20-е годы Х1Х в. отмечены рядом революционных выступлений и восстаний в Западной Европе и на Балканах. Буржуазные революции в Испании, Португалии и Италии были вызваны притязаниями буржуазии на власть и ее борьбой против абсолютизма, восстановленного после краха наполеоновской империи. Хотя обстановка в этих странах в годы Реставрации существенно различалась (в Италии антифеодальные преобразования революционного и наполеоновского периода в основном остались в силе, тогда как в Испании и Португалии феодальные устои общества не были поколеблены) , вспыхнувшие здесь буржуазные революции имели некоторые общие специфические черты.

Эти выступления (равно как и национально-освободительная революция в Греции, восстание в Валахии) не носили стихийного характера, они были задуманы и подготовлены тайными обществами, состоявшими из буржуазных элементов, интеллигенции, либеральных дворян и военных. В странах Пиренейского полуострова и в Италии особую роль в революциях сыграли армии, что объясняется рядом обстоятельств. В Испании, Португалии и Италии буржуазия, все еще весьма слабая и в большой мере связанная с землей, не была заинтересована в глубоких социальных преобразованиях, ее главной целью являлось достижение компромисса с монархами и дворянством путем установления конституционного строя. Буржуазия и либеральное дворянство в своем большинстве не желали (и не могли) развязать широкое народное движение из опасения за сохранность собственности. Они предпочитали осуществить “контролируемую” революцию, которая не выходила бы за предначертанные ей рамки и не приняла бы большого размаха. Буржуазно-дворянские революционеры надеялись, что, подчинив себе армию и, лишив таким образом ослабевший абсолютизм его важнейшей вооруженной опоры, они совершат военный переворот и без особого труда и без вовлечения в революцию широких масс добьются желаемого результата. Использование армий в революционных целях в первые годы Реставрации облегчалось тем, что во всех звеньях командного состава оставалось много военных, которые выдвинулись в период наполеоновских войн из рядов буржуазии и отчасти из народной среды; сохранив передовые политические взгляды, они со своей стороны были противниками реакционного режима Реставрации и желали государственных преобразований. Либеральной ориентации придерживались группы офицеров-дворян в Сардинском королевстве и Испании, не говоря уже о дворянских революционерах в России. Революции в Испании, Португалии и особенно в Италии обнажили слабость абсолютизма, его неспособность противостоять революционному натиску без поддержки извне; появилась возможность принудить его с помощью армии к компромиссу. Однако революции произошли в тот момент, когда силы европейской реакции действовали еще сплоченно, полные решимости не допустить возрождения революции на континенте. В противоборстве с фронтом реакционных держав Священного сою за разрозненные революции в отдельных странах не имели шансов на успех при столь узкой базе среди народных масс. Крестьянство осталось в стороне от революций, и это явилось важнейшей причиной их слабости и поражения.

I. Буржуазная революция в Испании 1820 – 1823 годов Предпосылки революции.

Реставрация старого порядка в 1814 г. обострила социально-экономические и политические противоречия внутри испанского общества. Развитие капиталистического уклада требовало проведения буржуазных преобразований. В первые десятилетия Х1Х в. увеличилась численность хлопчатобумажных, шелковых, суконных, железоделательных мануфактур. Крупнейшим центром мануфактурного производства стала Каталония. В Барселоне встречались предприятия, на которых работало до 600 – 800 человек. Рабочие, занятые на мануфактурах, трудились как в хозяйских мастерских, так и на дому. Мануфактурное производство пустило корни и в деревне: в Каталонии и Валенсии многие безземельные крестьяне летом батрачили, а зимой работали на суконных мануфактурах. Важное место в испанской экономике занимала колониальная торговля. С ней были неразрывно связаны интересы купцов и судовладельцев Кадиса, Барселоны и других портовых городов. Колонии в Латинской Америке служили рынком сбыта для испанской текстильной промышленности. Развитие капиталистических отношений в промышленности сталкивалось с целым рядом препятствий. В Испании сохранялись внутренние таможенные пошлины, алькабала (средневековый налог на торговые сделки) , государственные монополии; в городах продолжали существовать многочисленные цехи. В испанской деревне преобладали феодальные отношения. Более 2/3 обрабатываемой земли находилось в руках дворянства и церкви. Система майоратов гарантировала сохранение монополии феодалов на землю. Многочисленные феодальные повинности, налоги и церковная десятина тяжелым грузом лежали на крестьянских хозяйствах. Держатели выплачивали поземельные повинности в денежной или натуральной форме; феодалы продолжали пользоваться баналитетными правами и другими сеньориальными привилегиями. Примерно половина испанских деревень находилась под юрисдикцией светских сеньоров и церкви. Рост цен на хлеб и другие продукты в ХVIII в. способствовал втягиванию дворянства во внутреннюю и колониальную торговлю. В северных районах Испании, где были распространены различные формы феодального держания и полуфеодальной аренды, этот процесс приводил к усилению натиска сеньоров на крестьян. Дворяне пытались увеличить существующие повинности и ввести новые, сократить сроки держания, что вело к постепенному превращению держателей в арендаторов. Участились случаи захвата сеньорами общинных земель. По-другому обстояло дело в Андалусии, Эстремадуре, Новой Кастилии – районах крупного дворянского землевладения. Здесь вовлечение дворян в торговлю вызывало сокращение традиционной мелкокрестьянской аренды и расширение собственного хозяйства сеньоров, основанного на применении труда батраков и малоземельных крестьян. Проникновение капиталистических отношений в сельское хозяйство ускорило расслоение деревни: возрастала численность малоземельных и безземельных крестьян, выделялась зажиточная крестьянская верхушка.

Разбогатевшие купцы и предприниматели, желая упрочить свое положение, при обретали наделы разорившихся крестьян и общинные земли. Многие буржуа брали на откуп феодальные повинности и церковную десятину. Рост буржуазного землевладения и приобщение буржуазии к эксплуатации крестьянства сближали верхушку буржуазии с той частью дворянства, которая была в наибольшей степени связана с торговлей. Поэтому испанская буржуазия, объективно заинтересованная в ликвидации феодализма, в то же время тяготела к компромиссу с дворянством. Подобная расстановка классовых сил во многом определила характер тех преобразований, которые были проведены в Испании в годы буржуазных революций.

Феодально-абсолютистские порядки, восстановленные в 1814 г., вызывали резкое недовольство широких кругов буржуазии, либерального дворянства, военных, интеллигенции. Экономическая слабость испанской буржуазии, отсутствие у нее опыта политической борьбы привели к тому, что особую роль в революционном движении в первые десятилетия ХIХ в. стала играть армия. Активное участие военных в борьбе против французских захватчиков, взаимодействие армии с партизанскими отрядами способствовали ее демократизации и проникновению в нее либеральных идей. Патриотически-настроенные офицеры начали осознавать необходимость глубоких перемен в жизни страны. Передовая часть армии выступала с требованиями, отражавшими политические интересы буржуазии.

- В 1814 – 1819 гг. в армейской среде и во многих крупных городах – Кадисе, Ла-Корунье, Мадриде, Барселоне, Валенсии, Гранаде – возникали тайные общества масонского типа. Участники заговоров – офицеры, юристы, торговцы, предприниматели – ставили перед собой цель подготовить пронунсиамьенто – государственный переворот, совершаемый армией, – и установить конституционную монархию. В 1814 – 1819 гг. неоднократно предпринимались попытки подобных выступлений. Крупнейшее из них произошло в сентябре 1815 г. в Галисии, где в восстании приняло участие около тысячи солдат под руководством Х. Диаса Порльера, героя антинаполеоновской войны. Абсолютизм жестоко расправился с организаторами восстания, офицерами и купцами Ла-Коруньи. Однако репрессии не могли покончить с революционным движением.

Начало революции.

Толчком к началу второй буржуазной революции в Испании послужила война за независимость испанских колоний в Латинской Америке. Эта тяжелая и безуспешная для Испании война привела к окончательной дискредитации абсолютизма и росту либеральной оппозиции. Центром подготовки нового пронунсиамьенто стал Кадис, в окрестностях которого были расквартированы войска, предназначенные для отправки в Латинскую Америку. 1 января 1820 г. недалеко от Кадиса началось восстание в армии, его возглавил подполковник Рафаэль Риего. Вскоре к отряду Риего присоединились войска под командованием А. Кироги. Целью восставших было восстановление конституции 1812 г. Революционные войска пытались взять Кадис, однако эта попытка окончилась не удачей. Стремясь заручиться поддержкой населения, Риего настоял на. проведении рейда по Андалусии. Отряд Риего по пятам преследовали войска роялистов; к концу рейда от двухтысячного отряда осталось всего 20 человек. Но известие о восстании и походе Риего всколыхнуло всю страну. В конце февраля – начале марта 1820 г. начались волнения в крупнейших городах Испании. 6--7 марта народ вышел на улицы Мадрида. В этих условиях Фердинанд седьмой вынужден был объявить о восстановлении конституции 1812 г., созыве кортесов, упразднении инквизиции. Король назначил новое правительство, состоявшее из умеренных либералов – “модерадос” . Начавшаяся революция вовлекла в политическую жизнь широкие круги городского населения. Весной 1820 г. повсюду создавались многочисленные “Патриотические общества” , выступавшие в поддержку буржуазных преобразований. В деятельности “Патриотических обществ” , со временем превратившихся в политические клубы, участвовали предприниматели и торговцы, интеллигенция, военные, ремесленники. Всего в годы революции насчитывалось более 250 “Патриотических обществ” , которые сыграли важную роль в политической борьбе. Одновременно в городах формировались отряды национальной милиции, взявшие на себя борьбу с контрреволюционными силами. Войска, поднявшие восстание на юге страны в январе 1820 г., вошли в состав так называемой армии наблюдения, призванной защищать завоевания революции; возглавил ее Р. Риего. Преимущественным влиянием в “армии наблюдения” , в национальной милиции и “Патриотических обществах” пользовалось левое крыло либералов – “восторженные” (“эксальтадос” ) . Среди руководителей “эксальтадос” были многие участники героического восстания в январе 1820 г. – Р. Риего, А. Кирога, Э. Сан-Ми гель. “Эксальтадос” требовали решительной борьбы против сторонников абсолютизма и последовательного проведения в жизнь принципов конституции 1812 г., расширения деятельности “Патриотических обществ” , усиления национальной милиции. В 1820 ---1822 гг. “эксальтадос” пользовались поддержкой широких кругов городского населения. Революция нашла отклик и в деревне. В кортесы поступали жалобы сеньоров на крестьян, прекративших платить повинности; в некоторых районах крестьяне отказывались от уплаты налогов. Осенью 1820 г. в провинции Авила крестьяне пытались разделить земли герцога Мединасели – одного из крупнейших испанских феодалов. Волнения в деревне выдвинули аграрный вопрос на первый план политической борьбы.

Буржуазные преобразования 1820 – 1821 гг.

Пришедшие к власти в марте 1820 г. умеренные либералы опирались на поддержку либерального дворянства и верхушки буржуазии. “Модерадос” одержали победу на выборах в кортесы, которые открылись в Мадриде в июне 1820 г. Социально-экономическая политика “модерадос” благоприятствовала развитию промышленности и торговли: была отменена цеховая система, упразднены внутренние таможенные пошлины, монополии на соль и табак, провозглашена свобода торговли. Осенью 1820 г. кортесы приняли решение о ликвидации религиозных орденов и закрытии части монастырей. Их имущество перешло в собственность государства и подлежало продаже.

Были отменены майораты – отныне дворяне могли свободно распоряжаться своей земельной собственностью. Многие обедневшие идальго стали продавать свои земли. Аграрное законодательство “модерадос” создало возможность перераспределения земельной собственности в пользу буржуазии. Более сложным оказалось решение во проса о феодальных повинностях. “Модрадос” стремились к компромиссу с дворянством; в то же время волнения в деревне заставляли буржуазных революционеров идти навстречу требованиям крестьян.

В июне 1821 г. кортесы приняли закон об отмене сеньориальных прав. Закон отменял юридическую и административную власть сеньоров, баналитеты и другие сеньориальные привилегии. Поземельные повинности сохранялись, если сеньор мог документально доказать, что земля, обрабатываемая крестьянами, является его частной собственностью. Однако Фердинанд XVII, вокруг которого сплотились силы феодальной реакции, отказался утвердить за кон об отмене сеньориальных прав, использовав право приостанавливающего вето, предоставленное королю конституцией 1812 г. Боясь вступить в конфликт с дворянством, “модерадос” не решились нарушить королевское вето. Закон об отмене сеньориальных прав остался на бумаге. “Модерадос” стремились не допустить углубления революции и поэтому выступа ли против вмешательства народных масс в политическую борьбу. Уже в августе 1820 г. правительство распустило “армию наблюдения” , в октябре ограничило свободу слова, печати и собраний. Эти меры привели к ослаблению революционного лагеря, что сыграло на руку роялистам. В 1820 – 1821 гг. они организовывали многочисленные заговоры с целью восстановления абсолютизма.

Приход к власти “эксальтадос” .

Недовольство народных масс политикой правительства, его нерешительностью в борьбе с контрреволюцией привело к дискредитации “модерадос” . Влияние же “эксальтадос” , напротив, возросло. Народ связывал с ними надежды на продолжение революционных преобразований. В конце 1820 г. от “эксальтадос” отделилось радикальное крыло, получившее название “комунерос” . Участники этого движения считали себя продолжателями той борьбы, которую вели против усиления королевской власти “комунерос” 16 в. Опорой движения “комунерос” были городские низы. Резко критикуя умеренных либералов, “комунерос” требовали очистить государственный аппарат от приверженцев абсолютизма, восстановить демократические свободы и “армию наблюдения” . Но движению городских низов в годы второй буржуазной революции были присущи серьезные слабости. Во-первых, в среде “комунерос” сохранялись монархические иллюзии, несмотря на то, что король и его окружение являлись оплотом реакционных сил. Во-вторых, движение “комунерос” было оторвано от крестьянства, составлявшего большинство населения страны. Хотя один из руководителей “комунерос” – Ромеро Альпуенте выступал в кортесах с требованием ликвидации всех крестьянских повинностей, это движение в целом не вело борьбу в защиту интересов крестьян.

В начале 1822 г. на выборах в кортесы одержали победу “эксальтадос” . Председателем кортесов был избран Р. Риего. В июне 1822 г. кортесы приняли закон о пустошах и королевских землях: половину этой земли предполагалось продать, а другую – распределить между ветеранами антинаполеоновской войны и безземельными крестьянами. Таким путем “эксальтадос” пытались облегчить положение самой обездоленной части крестьян, не нарушая при этом коренных интересов дворянства.

Сдвиг влево, происшедший в политической жизни страны, вызвал ожесточенное сопротивление роялистов. В конце июня – начале июля 1822 г. в Мадриде произошли столкновения между королевской гвардией и национальной милицией. В ночь с 6 на 7 июля гвардейцы пытались захватить сто лицу, однако национальная милиция при поддержке населения нанесла поражение контрреволюционерам.

Правительство “модерадос” , искавшее примирения с роя листами, вынуждено было уйти в отставку. В августе 1822 г. к власти пришло правительство “эксальтвдос” во главе с Э. Сан-Мигелем. Новое правительство более активно повело борьбу с контрреволюцией. В конце 1822 г. войска генерала Мины – – легендарного вождя антинаполеоновской герильи – разгромили контрреволюционные банды, созданные роялистами в горных районах Каталонии. Подавляя контрреволюционные выступления, “эксальтадос” в то же время ничего не сделали для углубления революции. Правительство Э. Сан-Мигеля фактически продолжало аграрную политику умеренных либералов. Либеральное дворянство и верхушка буржуазии в 1820 – 1821 гг. добились осуществления своих целей и не были заинтересованы в дальнейшем развитии революции. Отсутствие радикальных социально экономических и политических преобразований лишило “эксальтадос” поддержки народных масс; против правительства стало выступать движение “комунерос” .

Контрреволюционная интервенция и реставрация абсолютизма.

События 1820 – 1822 гг. показали, что испанская реакция не может самостоятельно подавить революционное движение. Поэтому Веронский конгресс Священного союза, собравшийся в октябре 1822 г., принял решение об организации интервенции. В апреле 1823 г. французские войска перешли испанскую границу. Разочарование крестьянских масс в политике либеральных правительств, быстрый рост налогов, а также контрреволюционная агитация духовенства привели к тому, что крестьяне не поднялись на борьбу с интервентами.

В мае 1823 г., когда значительная часть страны уже находилась в руках интервентов, “эксальтадос” приняли решение о вступлении в силу закона об отмене сеньориальных прав. Однако этот запоздалый шаг уже не смог изменить отношение крестьян к буржуазной революции. Правительство и кортесы были вынуждены покинуть Мадрид и переехать в Севилью, а за тем в Кадис. Несмотря на героическое сопротивление армии генерала Мины в Каталонии и отрядов Риего в Андалусии, в сентябре 1823 г. почти вся Испания оказалась во власти контрреволюционных сил. 1 октября 1823 г. Фердинанд VII подписал декрет, отменявший все законы, принятые кортесами в 1820 – 1823 гг. В Испании вновь утвердился абсолютизм, церкви бы ли возвращены отнятые у нее земли. Правительство начало преследовать участников революции. В ноябре 1823 г. был казнен Р. Риего. Ненависть камарильи к революционному движению дошла до того, что в 1830 г. король приказал закрыть все университеты, видя в них источник либеральных идей.

Попытки испанского абсолютизма восстановить свою власть в Латинской Америке оказались тщетными. К началу 182б г. Испания потеряла все колонии в Латинской Америке, за исключением Кубы и Пуэрто-Рико. Буржуазная революция 1820 – 1823 гг. потерпела поражение. Буржуазные преобразования либералов восстановили против них феодальную реакцию, как в самой Испании, так и за ее пределами. В то же время аграрная политика либералов оттолкнула от буржуазной революции крестьян. Лишенный поддержки со стороны народных масс, блок либерального дворянства и верхушки буржуазии не смог отразить натиск феодально-абсолютистских сил. Тем не менее революция 1820 – 1823 гг. расшатала устои старого порядка, подготовив почву для дальнейшего развития революционного движения. События Испанской революции оказали большое влияние на революционные процессы в Португалии, Неаполе и Пьемонте.

II. Буржуазная революция в Португалии 1820 – 1823 годов Предпосылки буржуазной революции.

Поражение политики “просвещенного абсолютизма” обострило противоречия между потребностями развития капиталистического уклада и старыми феодальными отношениями. В начале Х1Х в. Португалия оставалась отсталой аграрной страной. 80% ее трехмиллионного населения было занято в сельском хозяйстве. Сохранение майоратов, феодальных повинностей, церковного землевладения сдерживало развитие капиталистических отношений в деревне. Главными отраслями португальской промышленности были текстильная, коже венная, пищевая. В районах Порту и Лиса бона широкое распространение получила рассеянная и централизованная мануфактура. Внутренние таможенные пошлины и многочисленные монополии мешали росту мануфактур и внутренней торговли. Пагубное воздействие на развитие промышленности оказывала экономическая зависимость Португалии от Англии: на нее приходилось около одной трети португальского экспорта и примерно половина импорта. Изделия португальских мануфактур не могли выдержать конкуренцию английских фабричных товаров, наводнивших португальский и бразильский рынок. Новый торговый договор, навязанный Португалии в 1810 г., еще более усилил экономическое влияние Англии. В период Французской буржуазной революции и наполеоновских войн Португалия была вовлечена в военные действия на стороне Англии. В конце 1807 г., после того как португальское правительство отказа лось присоединиться к континентальной блокаде, французские войска захватили Португалию. Король и придворная аристократия бежали в Бразилию. В июне 1808 г. на севере страны началось народное восстание против французских захватчиков, которое дало возможность английским войскам высадиться на территории Португалии. В 1808 – 1811 гг. в стране хозяйничали английские и французские солдаты, что привело к ее разорению. В отличие от других западноевропейских стран в Португалии феодальные отношения в годы наполеоновских войн не были поколеблены. С изгнанием французов из Португалии в 1811 г. вся полнота власти перешла в руки английского маршала, английские офицеры заняли ключевые посты в португальской армии. Буржуазия и либеральное дворянство, военные, интеллигенция проявляли все большее недовольство феодальными порядками и засильем англичан. Во главе революционного движения встали прогрессивно настроенные офицеры.

Буржуазная революция 1820 – 1823 гг.

Победа революционных сил в Испании в 1820 г. подтолкнула португальских военных к решительным действиям. 24 августа 1820 г. восстал гарнизон города Порту. Руководители восстания – полковники Сепулведа и Кабрейра -- призвали к созыву кортесов и разработке конституции. Народные массы с энтузиазмом встретили начавшуюся революцию: в конце августа --- начале сентября движение охватило города северной Португалии. 15 сентября революция победила в Лисабоне. Временное правительство решило созвать кортесы. Учредительные кортесы, собравшиеся в январе 1821 г., осуществили целый ряд буржуазных преобразований: отменили личные феодальные повинности и баналитеты, ликвидировали внутренние таможенные пошлины, уничтожили инквизицию и провозгласили свободу печати. Был расторгнут торговый договор с Англией и утвержден протекционистский тариф; англичане были изгнаны из армии. В сентябре 1822 г. кортесы завершили работу над конституцией, основанной на принципах народного суверенитета, гражданского равенства, разделения властей. Конституция 1822 г. провозгласила Португалию конституционной монархией. Законодательная власть передавалась выборным однопалатным кортесам, исполнительная власть оставалась в руках короля. Конституция не устанавливала имущественный ценз для избирателей; избирательных прав были лишены слуги и лица, не имевшие работы. Несмотря на многочисленные крестьянские петиции, поступавшие в кортесы в 1821 – 1822 гг., законодатели не отменили поземельные повинности, предполагая организовать в будущем их выкуп. Преобразования, проведенные в 1820 – 1823 гг. блоком буржуазии и либерального дворянства, расчищали дорогу развитию капиталистических отношений. Однако отсутствие радикального аграрного законодательства, отвечающего интересам крестьян, лишило буржуазную революцию поддержки крестьянских масс. Провозглашение независимости Бразилии в сентябре 1822 г. дискредитировало кортесы и либеральное правительство в глазах торгово-промышленной буржуазии, связанной с колониальной торговлей. В 1823 г. феодальная аристократия и духовенство, вдохновленные началом французской интервенции в Испании, перешли в наступление. В мае 1823 г. в армии вспыхнул контрреволюционный мятеж, положивший конец власти либералов. Завоевания революции были ликвидированы.

III. Буржуазные революции в Италии 1820 – 1821 годов Реставрация в Италии.

После крушения наполеоновского господства по решению Венского конгресса в Италии были восстановлены прежние абсолютистские государства: Сардинское королевство (в его состав помимо Савойи, Пьемонта и острова Сардиния вошла теперь территория бывшей Генуэзской республики) , герцогства Парма, Модена и Тоскана (с последним слилось в 1847 г. маленькое княжество Лукка) , Папское государство и Неаполитанское королевство (с 1816 г. оно стало официально называться Королевством Обеих Сицилий) . На троны вернулись “легитимные” династии: Савойская – в Сардинском королевстве, неаполитанские Бурбоны – в Неаполе, монархи из дома Габсбургов – в герцогствах; в Риме была восстановлена светская власть пап. Италия вновь оказалась раздробленной в государственном и экономическом отношении: королевства и герцогства установили таможенные границы, ввели собственные денежные знаки, особые системы мер и веса. Австрия стала господствующей державой на Аппенинском полуострове, причём её влияние значительно усилилось по сравнению с 18 веком.. Кроме Ломбардии, ранее принадлежавшей австрийской империи, к ней перешла территория бывшей венецианской республики, в результате чего Австрия возобладала на Адриатике. Все государства (кроме Сардинии) оказались в политической и военной зависимости от Австрии.

В Италии воцарилась атмосфера реакции. Была введена цензура, распространился полицейский произвол, резко возросла роль церкви как опоры реставрированных монархий, в некоторых государствах были восстановлены ранее упразднённые монастыри и церковные суды.

Наступление реакции сильно ощущалось в Сардинском королевстве. Здесь дворянство снова овладело ключевыми постами в армии, в государственном управлении, в судах и дипломатической службе, вытеснив многих офицеров и чиновников, выдвинувшихся при французах из среды буржуазии. Монархия пыталась приостановить рост буржуазных отношений: она официально запретила крупную капиталистическую аренду в деревне (хотя этот запрет остался на бумаге) , стремилась возродить феодальное право в землевладении (майораты и фидейкомиссы) , цеховые корпорации в промышленности, архаическое торговое, гражданское и уголовное законодательство 70-х годов ХVIII в. Власти рьяно преследовали всякие проявления либерализма и свободомыслия; в Туринский университет допускались только лица, имевшие свидетельства о выполнении религиозных обрядов.

Возврат к прежним порядкам далеко зашел в Папском государстве: там вновь утвердились всевластие верхушки духовенства, клерикальный гнет и полицейский деспотизм, возрождалось в широких раз мерах церковное землевладение.

Иной характер носила Реставрация в Неаполитанском королевстве, Тоскане, Парме и Ломбардо-Венецианской области, т.е. в тех частях Италии, где проводившиеся в ХVIII в. реформы “просвещенного абсолютизма” подготовили почву, позволившую глубже укорениться преобразованиям республиканского и наполеоновского периода. Здесь дворянство и духовенство вернули себе только небольшую часть былых сословных привилегий. Вернувшиеся к власти монархи признали многие важные перемены, осуществленные в годы французского господства в имущественной, правовой и административной сферах. Были подтверждены те земельные приобретения буржуазии, которые явились результатом распродажи национальных (в основ ном церковных и монастырских) имуществ. Несмотря на частичное восстановление майоратов и фидейкомиссов, преследовавшее цель укрепить дворянское землевладение, буржуазная форма собственности стала преобладающей. В Неаполитанском королевстве некоторые прогрессивные нововведения наполеоновского периода, включая упразднение феодальных порядков, были в 1816 – 1818 гг. распространены на остров Сицилию. Вводя новое законодательство, власти включали в него в несколько измененном или завуалированном виде многие основные положения формально отмененных наполеоновских кодексов. Даже в Папском государстве (главным образом в более развитой его области – Романье) антифеодальные преобразования остались частично в силе, и были проведены некоторые реформы с целью упорядочить административную и налоговую систему с учетом французских нововведений.

Внутренняя политика ряда реставрированных режимов первоначально не ограничивалась полицейскими мерами: они пытались привлечь на сторону монархий те социальные слои, которые выдвинулись в период французского господства. В Ломбардо-Венецианской области, Тоскане, Парме и особенно в Неаполитанском королевстве почти все лица, находившиеся при французах на государственной службе, остались на своих постах. На Юге были сохранены даже органы местного управления, в которых преобладала земельная буржуазия; однако они были включены в систему абсолютизма и целиком подчинены ей. Вся полнота власти принадлежала абсолютистским режимам. Вынужденные примириться с рядом социально-экономических сдвигов буржуазного характера, монархии, однако, решительно противились такой государственно-политической перестройке, которая позволила бы окрепшей буржуазии подняться к власти. Поэтому режим Реставрации, не смотря на его относительную умеренность в большинстве итальянских государств, вызвал глубокое разочарование буржуазии, лишенной политических прав и испытывавшей более остро, чем четверть века назад, экономические стеснения. В Ломбардо-Венецианской области и Сардинском королевстве это недовольство разделяли те круги либерального дворянства, которые связывали с падением французского владычества надежды на введение конституционного правления и достижение национальной независимости. Так как абсолютизм запрещал всякую затрагивавшую его интересы легальную политическую деятельность, оппозиционно настроенные группы буржуазии и дворян встали на путь организации тайных обществ и за говоров.

Революционное движение в 1815 – 1820 гг.

В годы Реставрации сеть тайных обществ охватила всю Италию. В Сардинском королевстве (Пьемонте) и Ломбардии наибольшее влияние приобрело общество “Итальянская федерация” , в котором преобладали либеральные дворяне, буржуазные элементы и военные; в Папском государстве и особенно в Неаполитанском королевстве широко распространилось движение карбонариев, очень пестрое по своему составу (торговцы, интеллигенты, военные, ремесленники, низшее духовенство) '. На Юге карбонарии[1] опирались на многочисленную здесь мелкую и среднюю буржуазию, обладавшую землей, которую обрабатывали крестьяне-арендаторы или сельские наемные рабочие.

Главной целью тайных обществ во всей Италии являлось ограничение абсолютизма и установление конституционного правления. Хотя среди заговорщиков имелись отдельные группы республиканцев, движение в целом носило конституционно-монархический, либеральный характер. Радикально настроенные “федераты” в Пьемонте и большинство карбонариев на Юге желали введения конституции, подобной весьма прогрессивной для своего времени испанской конституции 1812 г., которая провозглашала народный суверенитет и предусматривала созыв однопалатного парламента. Умеренное же крыло брало за образец более консервативную французскую конституцию – “хартию” 1814 г. Помимо введения конституционного строя заговорщики в Ломбардии и Сардинском королевстве стремились добиться национальной независимости, вытеснения австрийцев из Италии и создания Северо-итальянского королевства во главе с правившей в Пьемонте Савойской династией. Принадлежавший к ней 23-летний принц Карл Альберт негласно поощрял заговорщиков и сулил им свою поддержку. В целом тайные общества ограничивали свои задачи рамками того государства или той части страны, где они действовали, желая принудить местную монархию к принятию конституции. Объединение Италии не выдвигалось тогда революционерами в качестве первоочередной практической цели. Руководители заговорщического движения делали главную ставку на армию и военный переворот. Однако трагические события 1799 г. побудили часть неаполитанских карбонариев и стоявшей за ними земельной буржуазии позаботиться о привлечении на свою сторону (или хотя бы нейтрализации) крестьянства, с тем чтобы контролировать его действия, воспрепятствовать стихийным крестьянским восстаниям